«ОТВАГА» И ПОИСК

Светлана Орлова

«ОТВАГА» И ПОИСК

Вначале 2024 года новгородские поисковики «Поисковой экспедиции «Долина» сообщили, что в 9-ти километрах от деревни Мясной Бор удалось найти место расположения редакции и типографию газеты «Отвага» – печатного органа 2-й ударной армии в 1942 году.

Ещё осенью 2021 года поисковики отряда «Гвардия-Шкраб» обнаружили мелкие фрагменты типографии и два года работали на данном месте, собирая фрагмент за фрагментом. Такой кропотливый труд длился до конца 2023 года. Полевые выходы сопровождались исследовательской работой, в ходе которой поисковики установили, что для названий некоторых рубрик газеты «Отвага» был характерен особый тип шрифта. Обнаружение именно этого типа шрифта позволило предположить, что найдено последнее место расположения редакции газеты «Отвага» в июне 1942 года. Окончательным доказательством того, что всё найденное – это уничтоженное оборудование газеты 2-й ударной армии «Отвага», стала находка рельефных матриц для иллюстраций. В номере «Отваги» от 19 апреля 1942 года иллюстрация, подписанная Евгением Вучетичем, совпадает с обнаруженной в лесу у Мясного Бора гравюрой.

Поисковиками собраны печатные литеры, формы для оттисков, на которых вполне угадываются изображения Иосифа Сталина, Ворошилова, воинов-красноармейцев, рельефные матрицы, пластины для иллюстраций или отдельные их фрагменты, другие элементы типографского набора и оборудования. Найденное оборудование типографии фронтовой газеты «Отвага» хранится в Зале воинской Славы Великого Новгорода.

2-я ударная армия в Любанской операции 1942 года

Легендарна и одновременно трагична судьба 2-й ударной армии, которая прошла фронтовыми дорогами с 1941 по 1945 год, освобождая Новгородскую землю, Ленинградскую область, Прибалтику и Польшу. Долгое время судьбу 2-й ударной армии ошибочно связывали с судьбой командующего армией генерала А.А. Власова. В действительности, прибывший в уже окружённую немецкими войсками в ходе Любанской операции 2-ю ударную армию, Власов до самых последних дней окружения выполнял, как умел, свои обязанности. Предателем, навек покрывшим своё имя позором, он стал несколько позже, когда взятый в плен 11 июля 1942 года, согласился сотрудничать с Третьим Рейхом и вскоре возглавил «Комитет освобождения народов России» и «Русскую освободительную армию».

Просчёты высшего командования плюс огромное техническое превосходство врага не позволили воинам Волховского фронта завершить Любанскую операцию и прорвать блокаду Ленинграда. Тем не менее героическая борьба 54-й, 2-й ударной, 52-й и 59-й, а также 4-й армий спасла измученный Ленинград, оттянула на себя более 15-ти вражеских дивизий, в том числе шести дивизий и одной бригады, переброшенных из Западной Европы. Это позволило
в дальнейшем нашим войскам отстоять город и одержать трудную победу.

Генерал Власов своим предательством бросил тень на героических бойцов 2-й ударной армии, чем породил на долгие годы утвердившийся миф о том, что там, в Мясном Бору, лежат предатели. И хотя среди «ударников» и были единичные случаи перехода на сторону врага, основная часть командиров и красноармейцев сражалась до конца. Благодаря активной работе исследователей, историков и деятелей зарождавшегося в СССР поискового движения граждане страны узнали о тяжёлых боях по снятию блокады Ленинграда. До сих пор «Долина смерти» хранит неупокоенные останки тех, кто отдал свои жизни ради общей победы.

Газета 2-й ударной армии «Отвага»

Одновременно с формированием 2-й ударной армии в декабре 1941 года создавался и её печатный орган – газета «Отвага». С начала Любанской операции в январе 1942 года редакция газеты располагалась на правом берегу Волхова. Когда наши войска форсировали Волхов и взяли Мясной Бор, «Отвага» перебралась в Новую Кересть, затем – в Кересть Глухую, потом – в деревню Огорели. С февраля 1942 года редакция переместилась к линии фронта в район деревни Мясной Бор, меняя постоянно место своего расположения, находилась то ближе к фронту, то дальше. Самая крайняя точка, куда добралась «Отвага», – деревня Дубовик Тосненского района.

Корреспонденты постоянно были в гуще событий, особенно в трагические дни окружения 2-й ударной армии. Последний номер газеты вышел 23 июня 1942 года, после его выпуска оборудование типографии уничтожили, разбросав его на месте последней стоянки редакции в шести километрах от деревни Малое Замошье. На следующий день при прорыве через «коридор смерти» у Мясного Бора из 34-х сотрудников редакции к своим вышли только семеро, включая ответственного секретаря газеты Виктора Александровича Кузнецова.

В «Отваге» работали юный 19-летний журналист Всеволод Багрицкий, погибший от разрыва авиабомбы, Муса Джалиль, попавший в плен и замученный нацистами, выдающийся в будущем скульптор-монументалист Евгений
Вучетич, известный поэт Сергей Наровчатов. Последний стал одним из тех, кто в конце 1942 года восстанавливал газету «Отвага», но уже под названием «Отважный воин».

Всеволод Багрицкий (1922–1942) – корреспондент «Отваги»

Безмерно талантливый поэт Всеволод Багрицкий прожил всего 19 лет. Когда ему было 17 лет, вышел первый сборник его стихов. Судьба была беспощадной к юному поэту: в 1934 году умер его отец, известный советский поэт Эдуард Багрицкий, в 1937-м – репрессирована его мама, Лидия Густавовна.

В Великую Отечественную войну Всеволод вступает восемнадцатилетним. Он был полностью непригоден к воинской службе: близорукость была такая, что Всеволод не видел пальцев своей вытянутой руки. Однако Багрицкий добровольно идёт на фронт и направляется на службу под Новгород корреспондентом в газету 2-й ударной армии. 24 февраля 1942 года он получил задание написать статью об отличившемся в бою офицере. Записывая рассказ, Всеволод был убит осколком бомбы во время налёта немецкой авиации. Осколок, пробив полевую сумку, тетрадь с надписью «Стихи», письмо матери, вонзился в позвоночник. Смерть была мгновенной. Через день после гибели Всеволода на редакционной полуторке привезли к месту расположения редакции и похоронили прямо в лесу
на перекрёстке фронтовых дорог.

Муса Джалиль (1906–1944) –  коррес­пондент «Отваги»

Гордость татарского народа Муса Джалиль (Муса Мустафович Залилов) родился в 1906 году. Любовь
к поэзии, желание красиво излагать мысли передались Джалилю с народными песнями и сказками. Первые стихи юного поэта начали публиковать в местной газете. По окончании литературного отделения Московского государственного университета он работал в редакциях татарских газет и журналов, писал пьесы для детей, песни, поэмы, публицистические статьи.

С первых дней Великой Отечественной войны Муса Джалиль ушёл на фронт и воевал в звании старшего политрука на Ленинградском и Волховском фронтах, был корреспондентом газеты «Отвага». В редакцию газеты поэт прибыл в самый разгар боёв Любанской операции – в апреле 1942 года, заменив погибшего поэта Всеволода Багрицкого. В письме своему другу в Казань он писал: «Военкор – это далеко не мирное и спокойное занятие, приходится одновременно воевать и писать».

В ночь на 25 июня 1942 года группа бойцов из 59-й стрелковой бригады пыталась прорваться к своим в районе деревни Теремец-Курляндский. В составе этой группы был и Муса Джалиль. Оглушённый взрывом, он потерял сознание и попал в плен. Но и в плену поэт продолжал бороться с фашизмом: вместе с друзьями Джалиль организовал подпольную группу, боролся против вербовки немцами уроженцев поволжских народов в фашистский легион. Они выпускали листовки, писали стихи. В августе 1943 года провокатор выдал Мусу Джалиля и поэт был заключён в тюрьму Моабит. Стихи он продолжал писать и здесь, вплоть до самой смерти – 25 августа 1944 года он был казнён в военной тюрьме Плетцензе в Берлине. Его стихотворения, написанные на клочках бумаги, сумел спасти другой узник Моабита – бельгийский партизан Андре Тиммерманс. Именно он переслал их после войны в Советский Союз.

В 1956 году поэт был посмертно удостоен звания Героя Советского Союза, а в следующем году за цикл стихотворений «Моабитская тетрадь» ему была присуждена Ленинская премия.

 Евгений Вучетич (1908–1974) – художник «Отваги»

Евгений Вучетич – автор знаменитых мемориалов – памятника «Воин-освободитель» в берлинском Трептов-парке (тот самый, «с девочкой спасённой на руках»), ансамбля на Мамаевом кургане в Волгограде и скульптуры «Перекуем мечи на орала» перед зданием ООН в Нью-Йорке.

В первые дни войны выпускник Ленинградской академии художеств ушёл добровольцем на фронт, в боях под Москвой командовал взводом истребителей танков. Здесь его отыскали сотрудники газеты «Отвага», уговорив стать военкором и редакционным художником.

Ветераны-волховчане вспоминали, как однажды поэт Муса Джалиль и Евгений Вучетич «организовали» день рождения Гитлера. Они приехали в политотдел 59-й стрелковой бригады, располагавшийся в лесу между Дубовиком и Малым Еглино, и предложили собрать художников-любителей из бойцов бригады. Под руководством
Вучетича эта творческая художественная группа нарисовала несколько карикатурных портретов Гитлера на широких полотнах, найденных в деревне. На них голый фюрер грозил кулаком Советскому Союзу, а под рисунком красовались стихи Джалиля, выведенные крупными буквами:

 

Злобный Гитлер, жадный до крови зверь,

Тянет грязные лапы теперь и к нам.

Хочет он нашу землю испепелить,

А свободный народ превратить в рабов.

Все эти полотнища ночью были вывешены на деревьях лицом к немецким позициям. Когда на рассвете гитлеровцы обнаружили изображения своего фюрера в непристойном виде, то начали стрелять по ним. Через час портретов фюрера не стало – они все были изрешечены пулями.

В 1942 году капитан Вучетич был контужен и тяжело ранен. Долгие месяцы пролежал в госпитале, но едва восстановились речь и способность ходить, он, уже в качестве художника Студии военных художников имени М.Б. Грекова, вернулся на фронт.

Вучетич, конечно, знал, что погибшие в окружении в Мясном Бору командиры и красноармейцы не были предателями, ведь он воевал вместе с ними. Однако связь с возможными «предателями» могла навредить его репутации. Скульп­тор в своих высказываниях о войне не упоминал о 2-й ударной, в которой сражался. По воспоминаниям Николая Ивановича Орлова, коменданта «Долины смерти» в Мясном Бору, на все вопросы о Мясном Боре Вучетич отреагировал так: «Что вы мне 2-й ударной тычете, я не предатель!». Но когда сильные пальцы скульптора мяли глину для создания моделей скульптур воинских мемориалов, наверное, вспоминал защитников волховских рубежей, славных воинов, лица безвестных солдат, выходивших из окружения по «коридору смерти» у Мясного Бора.

 

Сергей Наровчатов (1919–1981) – корреспондент «Отваги»

Сергей Наровчатов – советский поэт, критик и журналист, военный корреспондент. Писать стихи Сергей начал в двенадцать лет, а в пятнадцать – напечатал первое стихотворение в магаданской газете «Советская Колыма». Участник советско-финляндской войны в 1941 году, окончив Московский институт философии, литературы и истории им. Н.Г. Чернышевского и Литературный институт им. А.М. Горького, снова ушёл добровольцем на фронт. В октябре 1941 года он писал:

 

 

 

О том ли вести мне речь,

 

В том ли моя забота,

Что страшно в ознобе слечь

Живым мертвецом в болото?

В том ли она, наконец,

Что у встречных полян и просек

Встречает дремучий свинец

Мою двадцать первую осень?..

(Из стихотворения «В кольце»)

С декабря 1941 года – военный корреспондент газеты «Отвага», с августа 1942 года – корреспондент-организатор газеты «Отважный воин» 2-й ударной армии (такое название получила возрожденная «Отвага» с конца 1942 года). Фронтовые стихи Наровчатова близки к дневникам – это своего рода лирическая летопись героических дней.

В дальнейшем на многие годы творчество Сергея Наровчатова определили две темы – война и история. Из-под его пера вышли более десяти поэтических сборников, в том числе «Солдаты свободы», «Через войну», «Фронтовая радуга», поэмы «Семён Дежнёв» и «Василий Буслаев».

Поиски могилы Всеволода Багрицкого

Тела тысяч погибших солдат 2-й ударной армии и после войны остались не похороненными. Оказалась затерянной и могила 19-летнего солдата и поэта Всеволода Багрицкого. В 1946 году 19-летний Николай Орлов стал вести поиск погибших в новгородских лесах, и найденные им останки погибших в 1942 году бойцов он предавал земле.

 

В 1968 году Николай Иванович Орлов получил письмо от Лидии Густавовны Багрицкой с просьбой найти могилу её сына Всеволода. Она писала: «Уважаемый Николай Иванович, прошу Вас, чтобы Вы нашли косточки моего сына Всеволода. Хочу похоронить его рядом с его отцом. Отец похоронен на Новодевичьем кладбище, хочу, чтобы сын тоже лежал там».

Весной 1968 года Н.И. Орлов создал первый в Новгородской области поисковый отряд-клуб «Сокол». Николай Иванович вспоминал: «Перед ребятами в нашем первом выходе я поставил задачу: давайте найдём могилу Всеволода Багрицкого. Мы отправились по полям бывшей деревни Кречно, в то место, где была редакция газеты «Отвага».
Но найти могилу смогли только через три года. «В 1971 году мы, наконец, нашли могилу поэта, – вспоминал Н.И. Орлов, – вскрыли могилу, под шинелью хорошо сохранились останки погибшего: он был в сапогах, гимнастёрке, в нагрудных карманах лежали очки и три цветных карандаша, всё соответствовало информации о том, что найден действительно Всеволод». Журналист и поисковик Ирина Савинова написала тогда:

Хоронили поэта

Под февральскую вьюгу.

На сосне для приметы

Расписались два друга.

 

Нож солдатский оставил

Свой рисунок неброский,

Кто-то крестик поставил

В командирской трехверстке.

 

Где-то бухнули пушки,

Проходила пехота.

 

Он лежал на опушке

У лесного болота.

 

Стерлась в карте отметка,

Память спутала версты,

И не сыщет разведка

Тот глухой перекресток…

 

Держит сердце в тревоге

Фронтовая могила.

Снова быть мне в дороге

По весенним разливам.

 

Мать Багрицкого к моменту обнаружения могилы сына умерла, поэтому идея переноса останков погибшего журналиста отпала. На Новодевичьем кладбище в Москве и сегодня на могиле Эдуарда Багрицкого и его жены лежат две плиты с надписями – «Поэт Эдуард Георгиевич Багрицкий» и «Л.Г. Багрицкая. Всеволод Эдуардович Багрицкий. Комсомолец, погиб на Волховском фронте».

Николай Орлов доказал, что Всеволод Багрицкий похоронен не в Москве, не в Ленинградской области, не под городом Чудово, как написано во многих документах, а в лесу под Новгородом в 9 километрах от Мясного Бора. Обелиск фронтовому журналисту в виде пирамиды со звездой был установлен в 70-е годы прошлого столетия
новгородскими студентами, а в 2012 году  по инициативе поисковиков его заменили на мраморную плиту со словами

Всеволод Багрицкий

1922 – 26 февраля 1942

и надписью любимого поэтом четверостишья Марины Цветаевой:

Я вечности не приемлю,

Зачем меня погребли?

Мне так не хотелось в землю

С любимой моей Земли!

Дело, начатое Николаем Орловым, переросло в массовое поисковое движение. Сотни молодых ребят объединились в поисковые отряды для выполнения своего гражданского и человеческого долга. Каждый год молодые поисковики приходят на могилу к Всеволоду Багрицкому, вспоминая своего ровесника и не забывая великую войну.

Увековечение имён сотрудников редакции газеты «Отвага»,
погибших при выходе из окружения в районе деревни Мясной Бор
в июне 1942 года

Редакция армейской газеты «Отвага» выходила из окружения в ночь на 25 июня 1942 года, предварительно уничтожив типографское оборудование. В книге ответственного секретаря редакции В.А. Кузнецова «Моя книга памяти» сохранилось самое подробное описание прорыва, поскольку дневниковые записи он сделал в тот же день, 25 июня. Вот строки из его книги: «Группа редакции выходит с зенитчиками 100-го ОЗАД… Остатки нашей армии сведены в несколько отрядов. В составе стрелковых подразделений идут все – рядовые и командиры, врачи и медсестры, интенданты и газетчики, ремонтники и повара.

Четверть двенадцатого. Лежим, прижатые минометным огнем к земле. Слева наседают гитлеровцы. Бьют из пулеметов и автоматов. Надо идти вперед. Там находится наш последний коридор. Вероятно, это последняя моя запись на земле…

Три часа утра. Неужели я снова у своих? По мелколесью бредут жиденькие группы людей, весь облик которых говорит о том, что они пережили самую трудную ночь в своей жизни. Мокрые, в болотной грязи, в прорванных осколками шинелях. Страшное утомление, слипшиеся волосы, у многих на лицах запекшая­ся кровь.

В половине третьего мы были у своих. Нас встречали незнакомые бойцы, бросались обнимать, молча совали в руки сахар, сухари, масло. Не только сочувствие или сострадание видели мы в глазах встречавших. Это было удивительное чувство солидарности, сопричастности к общему делу.

Из состава редакции «Отваги» при прорыве погибли 26 чел., 7 чел. прошли коридор смерти, один сотрудник – старший политрук М.М. Залилов (поэт Муса Джалиль) раненым попал в плен».

В списке В.А. Кузнецова значатся фамилии 26-ти сотрудников редакции, погибших при выходе из окружения в районе деревни Мясной Бор в июне 1942 года. В настоящее время список дополнен новой информацией, которую удалось установить о некоторых воинах:

1. Румянцев Николай Дмитриевич 1902 г. р. – редактор, батальонный комиссар, ответственный секретарь партийной организации штаба 2-й ударной армии. Первый редактор газеты «Отвага». Старый и опытный журналист, сотрудник Центрального кабинета редакторов. После начала Великой Отечественной войны в числе многих других своих коллег и товарищей добровольно в июне 1941 года записался в народное ополчение. Ему было поручено сформировать газету 5-й дивизии народного ополчения Фрунзенского района города Москвы, а в ноябре 1941 года на базе походной редакции и типографии дивизии была создана газета 26-й резервной (позднее – 2-й ударной) армии. Пропал без вести, жена Румянцева Маргарита Георгиевна получила записку от Николая Дмитриевича, датированную 21.06.42: «Нахожусь в окружении, посылаю газеты и записку самолетом».

Николай Иванович Орлов. 1940-е годы

Николай Иванович Орлов. 1970-е годы

1. Бархаш Борис Павлович, 1911 г. р. – профессор, доктор философских наук, интендант 1-го ранга. С 1938 года – старший научный сотрудник Института философии. В 1937–1938 годах опубликовал ряд статей по истории философии в журнале «Книга и пролетарская революция».
2. Ермакович В.С.
3. Лихачев Николай Никитович, 1903 г. р. – нач. Отдела армейской жизни, батальонный комиссар.

«В газете особое место принадлежит боевому отделу. Возглавляет этот отдел Николай Никитович Лихачев, или Никитич, как его привыкли называть в редакции. Все материалы о боевой деятельности войск армии проходят, как правило, через него. А наиболее ответственный материал в газете – оперативная сводка «На нашем участке фронта« – готовится лично им. Составляя сводку, Никитич долго изучает карту, сопоставляет данные, полученные в штабе, с заметками наших корреспондентов, с вчерашними и позавчерашними сводками. Динамику боя, своеобразную пульсацию фронта на нашем участке он знает и чувствует не хуже любого штабиста. Материал Никитича наши редакционные шутники именуют «Малой сводкой Совинформбюро«, впрочем, именуют с достаточной долей почтительности, так как знают свою полную зависимость от Никитича, когда несут ему свои материалы. Беседы с Никитичем для наших газетчиков – самое изнурительное испытание, которого они страшатся, пожалуй, пуще, чем вражеских бомбежек». (Из дневника В.А. Кузнецова)

5. Желтова Евгения Флоровна – корректор, комсомолка. Работала в заводской многотиражке Ярославля. Война помешала ей закончить факультет журналистики Ленинградского университета. Профессиональный корректор, журналист, чьи очерки и зарисовки о боевых делах воинов отличались особой эмоциональной насыщенностью и душевной теплотой.
6. Старченко Валентина Н. – машинистка.
7. Перльмуттер Лазарь Борисович, 1904 г. р. – доцент кафедры русского языка, литературный сотрудник «Отваги», наборщик, корреспондент, корректор, радист, интендант 3-го ранга. Талантливый педагог и учёный, автор статьей о языке и стиле Лермонтова, добровольно отправился на фронт вместе со своими студентами.
8. Разумиенко Е.Д.
9. Купорев – наборщик.
10. Жестов.
11. Смолин – печатник.
12. Голубев Иван Иванович – наборщик.
13. Холодов Н.И. – наборщик.
14. Корочкин Алексей Иванович, 1906 г. р. Был направлен в редакцию газеты «Отвага» 4 ноября 1941 года, наборщик. Вероятно, был пленён, остался жив (появляется в июне 1945 года в 145 зап. стр. полку). Награждён
    в 1985 году как участник Великой Отечественной войны орденом Отечественной войны.
15. Лычагин.
16. Юлин – водитель.
17. Кочетков Николай А.
18. Бритов.
19. Жуликов.
20. Лакин Сергей Михайлович – печатник.
21. Елизаров К.Н.
22. Субботин В.А.
23. Ятаев Николай – наборщик.
24. Ятин.
25. Чазов Григорий Васильевич, 1908 г. р. – корреспондент, рядовой.
26. Мачнев Григорий В. – водитель.

Поисковые работы на последнем месте расположения редакции газеты «Отвага» в июне 1942 г.

Из списка на 26 погибших сотрудников редакции «Отваги» удалось внести в Список братского воинского захоронения Мясного Бора для увековечения ещё четыре имени: Румянцев Николай Дмитриевич, Бархаш Борис Павлович, Лихачев Николай Никитович и Перльмуттер Лазарь Борисович. В живых остался Алексей Иванович Корочкин. Имена остальных сотрудников редакции «Отваги» в силу недостаточной информации, к сожалению, невозможно увековечить – отразить на мемориальной плите захоронения.

* Ïî ìíåíèþ ïîèñêîâèêîâ, ó÷èòûâàÿ àíàëîãè è ñòèëü èñïîëíåíèÿ êàðèêàòóðû, àâòîð
ïëàñòèíû – Åâãåíèé Âèêòîðîâè÷ Âó÷åòè÷ – åäèíñòâåííûé õóäîæíèê ãàçåòû «Îòâàãà» 1942 ãîäà

Информационная система «Память народа» : https://pamyat-naroda.ru.

«Долина» нашей памяти. Великий Новгород : Печатный двор «Великий Новгород», 2015. 160 с.

«Долина смерти». Трагедия 2-й Ударной армии : сборник / авт.-сост. И. Иванова. М.: Яуза: Эксмо, 2011. 512 с.

Комендант «Долины смерти» : сборник [посвящ. Н.И. Орлову]. Великий Новгород, 2013. 240 с.

Кузнецов В.А. Моя Книга Памяти : Дневник из Долины Смерти : К 90-летию со дня рождения М. Джалиля. Казань : Изд-во Кн. Памяти Респ. Татарстан, 1996. 279 с.

Подвиг 2-й Ударной армии. Любанская наступательная операция. Москва : Яуза-каталог, 202. 704 с.

Трагедия Мясного Бора: сборник воспоминаний участников и очевидцев о Любанской операции / авт. — сост. И.А. Иванова. 4-е изд., доп. и перераб.  Санкт-Петербург: Политехника, 2015. 496 с.